Карманный Черчилль

Ёсида не терпел выступлений против своей политики. Об этом свидетельствовала и его кличка, Ёсида-Одиночка. Но его другое прозвище, Карманный Черчилль, более точно от­ражало не только его любовь к сигарам и высокомерному по­ведению, но также и пристрастие к консервативной внутрен­ней и твердой внешней политике, которое сыграло хорошую службу долгосрочному экономическому развитию страны. Он был истинным патриотом, который считал, что 30-е и первая половина 40-х годов были заблуждением, досадным уходом с пути демократии и капитализма, проложенного просвещенным правлением периодов Мэйдзи и Тайсо. Более того, он думал, что позор военных лет должен был лечь на плечи кучки милитаристов и их приспешников. Соответст­венно, рассуждал он, оккупация должна состоять в легкой домашней уборке. За ней последуют стимулирующие рефор­мы, которые восстановят экономику страны и превратят Японию в стабильного члена международного сообщества наций. Такой подход заставлял его становиться в оппозицию и даже иногда действовать вопреки реформам, осуществляе­мым SCAC. Однако представляется сомнительным, чтобы реальный вклад Ёсида в разработку курса страны в годы ок­купации был столь значительным, как это можно заключить пб его риторике, и по крайней мере, он не превосходил вклад МакАртура.

Добавить комментарий